Герой врагов разит мечом,
Гомер творит поэмы,
Кто честен - жив своим трудом,
И здесь, конечно, ни при чем
Логические схемы...
Но за прошедшие шесть недель со мной произошло нечто странное и удивительное. В начале ноября моя жена заболела, ее уве..
Once more whitens morning, melts the mob of spirits,
Every sigh of verdure whispers me a pray:
“Oh, rebellious phantom; oh, our natural genius,
Let’s crave for the wonder, wait the end of day!..
1960й год. Новый творческий подьем. Рассказы, пошле до крайности. Тема -- одиночество. Неизменный антураж -- вечеринка. Вот примерный образчик фактуры: " -- А ты славный малый! -- Правда? -- Да, ты славный малый! -- Я разный. -- Нет, ты славный малый. Просто замечательный. -- Ты меня любишь? -- Нет.." Выпирающие ребра подтекста.
Я был одержим героическими лагерными воспоминаниями. Я произносил тосты в честь умерщвленных надзирателей и конвоиров. Я рассказывал о таких ужасах, которе в своей чрезмерности были лишены правдоподобия. Я всем надоел. Мне стало ясно, за что высмеивал Тургенев недавнего каторжанина Достоевского.
Когда я творю для газеты, у меня изменяется почерк.
-- Прочел с удовольствием. Рассказы замечательне. Плохие, но замечательне. Вы становитесь прогрессивным молодым автором.
-- [...] Пишу ночами. И достигаю таких вершин, о которых не мечтал!.. Повторяю, я хотел бы этому верить. Но в сумеречне озарения поверить трудно. Ночь -- опасное время. Во мраке так легко потерять ориентиры.
Гранин сказал: -- Вы преувеличиваете. Литератор должен публиковаться. Разумеется, не в ущерб своему таланту. Есть такая щель между совестью и подлостью. В эту щель необходимо проникнуть.
С резкой критикой выступил лишь один человек -- писатель Борис Иванов. Через несколько месяцев его выгнали из партии. Я тут ни при чем. Видно, он критиковал не только меня...
...Может, у тебя есть что-нибудь про завод? Про завод, говорю... А вот материться не обязательно! Я же по-товарищески спросил...
[помощь Риду Грачеву -- Л.Д.] Звоню богачу Н. Предлагаю ему такой же вариант. Еду на Петроградскую. Незнакомая дама выносит три рубля. Зайти не предлагает. Мы стояли в прихожей. Я сильно покраснел. Взгляд ее говорил, казалось: -- Смотри, не пропей! А мой, казалось, отвечал: -- Не извольте сумлеваться, ваше благородие...
Я дал в "Неву" замечательный исповедальный роман "Одержимость", а Лерман мне пишет, что это "гипертрофированная служебная характеристика".
Официальный неуспэ компенсировался болезненным тщеславием.
Строжайшая установка на гениальность мешала овладению ремеслом, выбивала из будничной жизненной колеи.
Эткинд: Большие художники не имели возможности печатать оригинальне стихи. Чтобы заработать на хлеб, они становились переводчиками. Уровень перевода возрос за счет качества литературы в целом.
Сценарием они были вполне довольны. Попыткуи "Ленфильма" навязать им соавтора восприняли мужественно. Это взятка, решили они, которую необходимо дать студии.
Эстонскую культуру называют внешцней. [...] А ругают внешнюю культуру, я думаю, именно потому, что ее так заметно не хватает гостям эстонской столицы.
Супруг, когда воздать смогу я Любовью за любовь, то знай: Ты не расплатишься с долгами - Такую ты любовь найдешь.
Периваньес
Касильда, знай: пока делами Меня в любви не превзойдешь, Не победишь меня словами. Когда б я мог, к ногам твоим Я положил бы всю Оканью, Весь край, где Тахо, став чужим, Став Португальским, вновь в Испанью Течет к морям ему родным. Пригнутый долу урожаем, Не так мне мил масличный сад, Ни луг в цвету, разубран маем, Зарею утренней примят, Еще никем не навещаем. Какое яблочко с тобой Румянцем гладких щек сравнится? В каком бочонке сок живой Оливок лучше золотится, Чтоб усладить меня собой? Вино простому люду то же, Что роза для дворян, и все же... Сыщу ль где белое вино, - Хоть сорок лет хранись оно, - Я слаще губ твоих пригожих? Ни сушь на лозах в октябре, Ни майский дождь, ни ток душистый Мои..
